Храм свт.Феодосия ЧерниговскогоХрам свт.Феодосия Черниговского
тел. 066-996-2243
 
День за днем
О смысле
Библиотека
Воскресная школа
Милосердие
Сервисы сайта
Главная >> Статьи >> Книжная полка >> Владимир Трубинов. Сердце сокрушенно (ч.7)

Владимир Трубинов. Сердце сокрушенно (ч.7)

Сердце сокрушенно
Читайте также:

 

Эти публикации из замечательного блога Владимира Трубинова.
Большая часть сообщений принадлежит ему, некоторая часть - ссылки на других блогеров или мысли достаточно известных людей, имена которых указаны.

Бич Божий

На протяжении всей евангельской истории Христос являет образ смиренного, любящего, кроткого странника.
И только однажды, когда застает в храме Господнем торговцев и меновщиков, Он в ярости переворачивает их лотки, берет бич и выгоняет вон и скот, и продающих.

Наше сердце - храм и не все в нем свято и возвышено.
Вместо молитвы - вой нечистых помыслов и страстей, вместо покаяния - вожделенный звон монет.
Никто не против торговли и богатства.
Мы живем на земле и в поте лица своего зарабатываем свой хлеб.
Худо, когда обогащение становится страстью, оно как бы прирастает к душе человека и постепенно становится его естеством, а все небесное, божественное, святое тогда является для него чем-то противоестественным, как бы несуществующим.
Бог посылает нам знаки и знамения, чтобы проснулась душа и вернулась в первозданное состояние.
И, если мы не слышим и не понимаем, если знаем только животные, грубые чувства и страсти, как это было у допотопных людей или жителей Содома, то в полной мере познаем, что значит Божий бич и Божий гнев.
Это относится и к частной жизни, и к жизни государства.
Так что не станем превращать наше сердце из храма в склад ненужных мыслей, пустых дел, мертвых слов и низменных чувств.
Пусть будет оно местом, где никогда не гаснет свет и не затихает молитва...

Ослика жалко

Были мы в свое время с другом на острове у старца Николая Гурьянова.
Прошли по тонкому весеннему льду Псковского озера, вошли в храм.
Старец стоял перед открытыми царскими вратами, перед ним - стол с помянниками.
Часа два он читал имена живых и усопших и было ясное ощущение что он просит Бога за каждого из них, зная точно их нужды и проблемы. Потом, наконец, пообщался и с нами.
Друг спросил его: был ли он в Печорах на празднике или в Сергиевой Лавре.

"Зачем? - удивился старец.- У меня здесь все - и Печоры, и лавра, и Иерусалим".
Потом подвел к фреске "Входа Господня в Иерусалим" и сказал:
"Когда я смотрю на эту картину, то грешным делом думаю не о том, какое великое это событие, а о том, что ослика жалко, на котором едет Христос.
Ведь на нем же никто никогда не ездил, и сразу такое бремя - Творец Вселенной восседает..."
Потом мы говорили с ним о многом, пили чай с бубликами и вареньем в его тихой келье, а месяца через два друг сказал мне:
"Я понял, о чем говорил старец - ослик молодой - это мы, то есть ты, я и каждый христианин. Принимая Христа, мы должны всегда помнить: какое бремя водружаем на свои плечи!"...
Такое воспоминание в праздничный день.

О тех, кто не дошел

Вспомним тех, кто выходил в жизнь с большими и светлыми надеждами, но по каким-то причинам упал, разуверился и не дошел до цели.
Я не имею в виду тех, кто никогда ни о чем высоком не мечтал, а тех кто искренее стремился к небу и не расчитал сил.
К таким мы относимся со снисхождением, с жалостью или с презрением, но они достойны уважения, потому что дерзнули оторваться от постылой действительности, повернуть против течения, позвать за собою в лучший мир.
И пусть влачат они сейчас желкие дни, обручившись с нищетою и безделием, высушив мозги алкоголем или безумием, их прерванный полет служит нам примером.
Жизнь переменчива, сегодня мы успешны и довольны, а завтра облобызает нас болезнь и обнимет одиночество.
Жизненные неудачи переломят внутренний стержень и мы станет такими, как они сейчас.
Не дай Бог, конечно!
Но в моей жизни таких примеров много, я стараюсь всегда помнить их и молиться о них.
Желаю всем удачи и блага на всякий день!

Молчание

Бывают дни, когда молчит душа, как бы прислушиваясь к себе и к тому, что происходит вокруг.
Дайте ей возможность помолчать и найти единственно правильный ответ, иначе получится как в притче: один богомолец просил Бога много лет, беспрерывно, каждый день, но не получал просимого.

Тогда он сказал в отчаянии:

"Господи! Я молюсь Тебе не умолкая, а Ты не слышишь и не отвечаешь мне!"
Ответ был таков:
"Я всегда рядом и все слышу, но ты так много говоришь, что у Меня нет возможности вставить хотя бы слово"...

Безумие любви

Мы ждем этого чувства как чуда, как теплого дождя среди зноя жизни, который оживит сердечную пустыню, вернет потерянную радость, смысл и полноту бытия.
А вместо этого получаем еще больший огонь и боль, которую терпеть не можем, которая нас беспощадно губит.
И мы зовем это любовью, поклоняемся ей и благоговеем.
Нас разрывает ревность и душит непонимание, нас убивает предательство и отравляет оставленность.
Но мы и тогда упрямо шепчем: "Это любовь."
Слепые, глупые мотыльки, сгорающие в языках пламени, забывшие чувство полета и перепутавшие огонь и свет!
Мы думаем, что мужчина и женщина - это две половины райского яблока, которые неудержимо тянутся друг к другу, чтобы обрести полноту и счастье.
Но это не так.
Душа наша, действительно половинка, но она от Божества отколота, она к Нему всегда стремиться и только в Нем находит полноту любви и блаженства, покой и высшее счастье.
И любовь земная, совершенная, неразделимая - только тогда возможна, когда два любящих сердца соединяются в Боге, и небо обручает их, и дает им высший смысл совместного бытия.
Тогда нет моей или твоей жизни, но есть одна жизнь на двоих.
До самого конца.
Иначе - жди страдания и готовься к буре.
И никогда не жалуйся, что судьба к тебе немилостива, что она свела тебя не с тем человеком.
Жизнь всегда можно изменить, а любви дать новое дыхание, потому что любовь - это не конечная станция, где можно отдыхать и наслаждаться, а очень долгий и трудный путь.
Куда он приведет, по большому счету, от нас зависит.
И ни от кого больше...
Любви всем и согласия!

Нерешительность

Не хватает в жизни дерзновения.
Вроде замахиваешься на что-то большое, или на решительный поступок, но сила инерции и врожденный страх останавливают тебя в начале пути.
Всякое деяние души требует от нас жертвы: ограничить себя в еде и отдыхе, отказаться от дурных и расслабляющих привычек, развлечений, разомкнуть привычный круг общения и дел, бросить все, наконец, и начать сначала.
Иногда жизнь ставит такие условия.
Ты понимаешь, что иначе не вырваться из замкнутого пространства, не шагнуть на новую ступень твоей лестницы, не познать свободы.
И все же оглядываешься вокруг: все хило, зато привычно и спокойно; все скучно, зато правильно; все безысходно, зато не страдают твои ближние.
И не важно, что у тебя внутри все горит и болит, что судьба дает тебе последний шанс для воплощения мечты.
Я перетерплю и все выдержу.
Буду радоваться каждому новому дню, улыбаться всякому встречному человеку; возьмусь за любую скучную работу.
А по ночам буду смотреть на небо и вздыхать о несбывшемся...

Мудрость травы

В свое время в Питере мы делали фильм о растительном мире.
Ничего особенного, обычный нуч-поп.
Но в разговорах с учеными для меня открылась одна удивительная вещь: оказывается, когда во время засухи не хватает влаги, растения излучают довольно сильные электромагнитные волны, которые возможно уловить сверхчуткими приборами.
Чем дольше засуха, тем сильнее эти излучения.
Когда же пройдет дождь, они затихают вовсе.
То есть, растения имеют свой язык, они просят дождя, они - молятся и получают просимое!
Мир, который вокруг нас, не безмолвен и не бездушен.
Невидимыми нитями он связан с Творцом, по-своему возносит свою хвалу и по-своему просит о помощи.
Человек оторвался от Божьего творения, утратил внутреннюю связь с природой, добровольно заключил себя в четыре мертвых, рукотворных стены, которые излучают только губительные волны.
Отсюда болезни - душевные и телесные, ощущение безысходности и безблагодатности.

Святые подвижники уходили в лес, на простор, на волю.
Они общались с каждым цветком, с каждой травинкой.
К ним приходили львы и медведи, принимали пищу из их рук, а когда святые уходили в мир лучший, умирали на их могиле, не в силах вынести разлуку.
Это было не только в древности.
Наш современник о. Николай Гурьянов, который жил на маленьком острове в Псковском озере, очень любил животных и птиц.
Когда он выходил зимой в сад, чтобы покормить пернатых, к нему слетались со всего острова галки, сойки, синицы, воробьи, голуби.
Он стоял, воздевши руки к небу, и на его руках, голове, плечах сидели птицы.
Это не только образ ушедшего прошлого, когда человек понимал язык зверей, деревьев и птиц, но и образ будущей жизни.
Человек устанет от горьких плодов цивилизации, от немоты и мертвенности городов, и вернется на лесную поляну, где басовито гудят шмели, где травы и цветы таинственно перешептываются между собою, а высоко, где-то на вершине березы поет иволга, ей мелкие птахи вторят хором, и внизу, у корней, как блюдца с чистейшей живой водой, поблескивают родники...

Информация без размышления

Беда в том, что каждый миг на нас обрушивается шквал пустой, бесполезной, чаще всего негативной и очень агрессивной иформации.
Где-то кого-то убили, где-то сгорел дом, кто-то прыгнул выше головы или изобрел чудо-машину, на северном полюсе растаяли льды, а в Гондурасе бастуют фермеры.
Нам дела нет до этого всего, но мы, как наркоманы, смотрим, слушаем, читаем.
Я знаю людей, которые даже спят перед включеным телевизором, а если он ломается, то у них наступает настоящая депрессия.
Это, конечно, болезнь.
Весь этот мутный поток не добавляет нам ума или чувств, не делает нас добрее и свободнее, талантливее и духовнее.
Можно с утра до ночи жевать сухую шелуху и умереть с голоду.
Так и здесь: мы больше не читаем книг, не ведем по вечерам душевные беседы, не размышляем о смысле и сути жизни. Мы не способны воспринимать живое слово, а без этого засыхают наши внутренние родники, остаются песок и камень, пустота и горечь...

Нажми кнопку и вернись в жизнь.
За окном весна и солнце, птицы и воздух.
Уйди туда, где царство молчания и тишины, ведь только там можно услышать себя и Бога в себе, увидеть красоту и чистоту природы...

Привычка думать

Многие мне говорят: зачем думать о жизни, нужно проще жить - наслаждаться тем, что вокруг, плыть по течению, срывая плоды, которые приносит каждый день.
Это, конечно, хорошо, но течение часто заносит нас в места гибельные; сердце, вместо того чтобы пить сладостный нектар, чаще всего вкушает горечь; а плоды почему-то оказываются не райскими яблочками, а несъедобными колючками.
Вот и приходится думать, как избежать заблуждения, как не провалиться в пропасть и много о чем другом.
Мне не нужно думать: о чем бы таком сегодня сказать?
Жизнь сама ставит вопросы и каждый новый день приносит проблемы, на которые нужно давать ответ и из которых нужно найти выход.
Если я говорю о чем-то темном, трудном, - это не значит, что у меня все в жизни плохо; а если я рассуждаю о жизни и смерти, то это совсем не означает, что я собрался помирать.


Друзья из Иерусалима публикуют фотографии земли цветущей, я, конечно, восхищаюсь красотой, но почему-то думаю, что и ТОГДА цвела земля и пели птицы, и ласковое солнце излучало на святую землю благодать, а Он шел, униженный, поруганный, оплеванный, и падал под тяжестью креста...

Интересно: а видели ли красоту Божьего мира те, кто бичевал Его, кто в слепой ярости требовал смерти Праведнику? Или они ослепли навсегда и во всем, оглохли к словам любви и милости?..

Вот такие мысли лезут в голову, и ничего тут не поделаешь.
Привык я думать с малолетства и очень трудно избавиться от сей привычки.
Так что потерпите немного, послушайте еще СОННЫЕ мрачные бредни.
Иногда я говорю и о светлом. Правда, же?..

Фарисейство

Они исполняли все правила, предписанные законом: посещали в праздники храм, читали молитвы,соблюдали пост, изучали Писание, подавали нищим.
Они делали все так, как надо, но почему-то Спаситель называл их "гробами украшенными" и призывал избегать фарисейской закваски, а они первыми кричали у Голгофы: "Распни Его!".

Мы, конечно, осуждаем их, но очень часто идем тем же путем, даже не замечая этого.
Древние подвижники говорили: грош-цена посту, если ты думаешь, что это всего лишь воздержание в пище.
Тщетна молитва, в которой ты ищешь только сладости для себя, а не горишь в огне покаяния и любви к ближнему.
Бессмыслена милостыня, если ты думаешь при этом, что творишь добро.
Напрасна вера, если ты трубишь о ней на каждом перекрестке, но продолжаешь следовать законам падшего мира.
Про таких апостол говорил: "Лучше бы вы не крестились..."

Мы, последние христиане, очень гордимся своим званием, но в то же самое время высокомерно относимся к иноверцам, безбожникам, людям падшим, заблудившимся, скудным умом.
Мы нетерпимы к тем, кто думает иначе, чем мы, и свой жалкий духовный опыт распространяем на все человечество.
Мы закрываем душу, как броней, какими-то общими правилами, фразами, понятиями...
Так нам удобно, комфортно, приятно.
А разве может быть вера закрытой, любовь - заключенной самой в себе, а сострадание - только к тем, кого любим?

Разве может быть другим путь к Воскресению и вечной жизни, кроме крестного?
Когда идешь по острым камням босиком, спотыкаясь и падая под тяжестью креста, когда все существо твое горит от жажды духовной, но жизнь утоляет ее не чистой родниковой водой, а желчью и уксусом, когда злоба и ярость духов поднебесных и окружающих людей пригвождает тебя ко кресту, а потом ты висишь над над этим миром, подобно нищему твоему Богу, и повторяешь хрипло, из последних сил, Его слова: "Боже мой, зачем ты меня оставил?"..
И с этого креста уже не сойти, потому что "с креста не сходят, с креста - снимают"...

Тоска

Мы рождаемся с тоской и болью в душе.
Я помню, как в раннем младенчестве нападали на меня приступы необъяснимой тоски.
Все было хорошо - родные рядом, веселы и здоровы, а я часами ходил по дому и ревел, так плохо было. Будто что-то потерял или чего-то лишили.
Позже я думал, что дети плачут, предчувствуя свои взрослые беды.
Но теперь считаю иначе: мы плачем о потерянном блаженстве.
Чистая душа еще помнит несозданный свет, потому что дверь в небесное отечество еще не затворена.
Потом-то мы находим причины своих слез: нам сладкого не дали, не купили нужной игрушки.
Повзрослев, ищем виновников наших страданий среди близких себе людей.
Отчасти это верно, потому что в каждом человеке есть жало греха, которым он неосознанно жалит окружающих.
Но все же главное не в этом.

Главное мы находим тогда, когда прикасаемся на мгновенье к вечности.
Тогда, подобно апостолу Петру на Фаворе, мы лепечем:

"Хорошо нам здесь быть, Господи! Не желает душа возвращаться назад"...
Но мы возвращаемся к нашей унылой, дождливой и серой долине, потому что не может человек, живя на земле, быть всегда на небе, иначе он умрет.
Тогда нам остается с тоской и болью взирать на небо и ждать, когда же закончится наше странствие, когда вернемся мы в дом Отца?
Эти мысли возникают не от усталости жизни, а от любви к Небесам...

Спешите жить

Спешите радоваться теплу и солнцу, пока оно ласково, потому что скоро придет лето и удушающий зной, и тогда ты будешь желать холода и зимы.

Спешите говорить друг другу слова любви и ласки, пока судьба-разлучница не похитила вашу любовь, и уста ваши не вкусили горечь одиночества.

Спешите творить доброе и пркрасное, ведь век человека короток, еще немного и немощь погасит ваш взгляд, остудит сердце.
Тогда трудно будет что-то создать или кому-то помочь, скорее самим нужно ждать помощи и снисхождения.

Спешите возносить руки ваши к небу, пока душа восприимчива к небесной мудрости.
Близок час, когда сила духовная иссякнет, и ты будешь в смирении и болезни ждать своего исхода.

Спешите познавать мир, пока глаза ваши зорки, а ноги - быстры.
Придет время, и вы равнодушным взглядом станете обегать проплывающие мимо красоты, мечтая лишь о том, чтобы скорее прилечь и отдохнуть.

Спешите жить, но при этом не суетитесь, поскольку суета несет один только хаос, а что можно познать, сказать и увидеть, когда мысль, будто сорока, перескакивает с предмета на предмет.

Желаю всем яркого, деятельного весеннего дня!

Бунт души

Очень часто ум и сердце окутывает туман усталости и равнодушия.
Ничего не радует, ничего не хочется.
Кажется, все, что нужно было совершить в этой жизни, уже сделал.
И даже больше того. Не к чему стремиться, нечего искать.
Живешь, как заведеный часовой механизм.
Каждый новый день похож на предыдущий, и каждый следующий - на сегодняшний.

Солнце не радует, дождь не огорчает, на улыбку ближнего отвечаешь формальным оскалом, на беду окружающих смотришь отрешенно, на успехи друзей - пустыми глазами.
Ничего не страшно, ничего не больно - будто мертв...

И тогда душа, если она жива, бунтует и противится.
Она ищет грозы, она жаждет разрухи, она окунается с головою в беду и скорбь.
Только не сон, только не тишина, не пустота, не безразличие!
Конечно, лучше пост и молитва, но иногда и эти два крыла не выручают.
Вместо плача души к небу - вычитка привычных правил, вместо обуздания помыслов - приятная диета с элементами гурманства.
Страшно, когда от веры остается одна оболочка обряда, грустно, когда от любви остаются привычные действия и фразы.
Уж лучше буря и огонь, лучше боль и крик.
Не можешь ровно гореть, как свеча, - вспыхни ярко и навсегда погасни, только не будь застывшим стеариновым огарком.
Так бунтует душа, пытаясь вырваться из ядовитых объятий сна и равнодушия.
Хоть и помнит всегда ниспадающий с Неба живительный и тихий свет...

Болезни роста

Огонь внутри нас может вспыхнуть от одной мысли, от единственного взгляда.
Еще вчера была тьма и печаль, а сегодня затеплилось пламя надежды, зажглись радость и вдохновение.
Нам кажется, что теперь будет так всегда, что никаким житейским ветрам на угасить это состояние.
Но это не так.
Есть какой-то древний закон жизни, по которому человеку суждено пройти множество испытаний на земле.
Иначе не окрепнет душа, не явится в ней сила, способная преодолеть не только повседнедвные неприятности, но и само время, и даже смерть.
Ни в одном ремесле не может человек подняться на более высокую ступень мастерства, если не преодолеет трудности предыдущей ступени.

Так и в жизни.
Человеку дается пережить боль, оставленность, лютую тоску, предательство и много чего дурного не только потому, что мир жесток и судьба несправедлива, но и потому, что мы призваны стать совершенными, подобными Богу.
Побеждая мрак в себе, укрощая соблазны, мы нучаемся господствовать над собственными страстями, которые разъедают и растаскивают наше внутренее существо, повергают его во мрак и уныние.
Тем самым мы возвращаем угасший свет и утраченную радость.
Ненадолго, правда. Впереди еще много печалей, разочарований и бед.
Это не должно страшить истинного воина света.
Ведь он точно знает смысл и цель своего пути.
А еще он всегда чувствует помощь и руку Неба...

Видимость жизни

Можно улыбаться, когда на сердце тяжело.
Можно шутить весело и легко, когда внутренность скована железными путами и когда не хочется видеть белый свет.
Можно прослыть учителем и мудрецом, играя словами и заповедями, не утруждая себя исполнением этих заповедей.
Можно много.
Только нельзя изобразить любовь, когда ее в помине нет.
Глаза выдадут, и голос, и поступки.
Нельзя обмануть себя, потому что все чувства и мысли у тебя на ладони.

Мы сами не в силах исправить свое сердце и свой ум.
Слишком много в них мусора и мешанины, а воля наша парализована грехом.

Мы можем только просить у Творца: дай мне дух целомудрия, смирения и любви!- просить и ждать, когда капля с Неба упадет на нашу душу.
Сколько продлится это наше ожидание - не знает никто.
Может быть, остаток жизни.
Что ж, подождем. Другого-то пути нет...

Дороги

Было время, я почти жил в поездах.
Долго не мог сидеть на одном месте, неудержимо тянуло в путь.
Наверное, это судьба.
Дело в том, что когда я появился на свет, родители переехали на другое место, и у меня не оказалось ни люльки, ни кроватки.
Я два месяца спал в добротном, фанерном чемодане, обтянутом кожей.
А потом мимо нас тянули железнодорожную ветку.
Чуть позже, в один и тот же час, на закате, когда пламенеющее саянское небо отражалось в течении реки, разбиваясь на мелкие осколки, по тому берегу, мерно постукивая, шел поссажирский поезд.
Желтели окна. В них сидели люди.
Они ехали в неизведанную, сказочную страну, которая, должно быть, начиналась за дальним перевалом.
Мне очень хотелось уехать туда, и я уехал на следующий день после выпускного.
Навсегда. Сказочной страны я не нашел, но продолжал искать ее.
Вся великая страна с ее тягучими реками, горными хребтами, северными и южными морями, с такими разными людьми от Владивостока и до Таллина, от Самарканда и до Норильска навсегда запечатлелась в моем сердце.
Ночевал на каких-то вокзалах и полустанках, питался малосъедобным вокзальным снадобьем, знакомился, влюблялся, спорил.
Зачем?..
Потом были отдаленные от всех дорог приходы, до которых десять верст пешком по лесу, столичные храмы и монастыри; теперь вот росписи, съемки...
Нет остановки в этом пути...
Я пока не обрел свою удивительную страну, но мне кажется, я нашел дорогу.
По ней не всегда легко идти, иногда очень тяжко.
Порой силы оставляют совсем.
Все, не пойду дальше! Умру, но не пойду!..

Но невидимый мой попутчик находит верные слова.
Я встаю и продолжаю свое путешествие, не зная: долго ли еще идти?..

Наваждение

Бывают дни, когда внутри поселяется неукротимый и мрачный дух.
Тогда все кажется темным, пустым, бессмысленным.
Необъяснимая волна раздражения, обиды на всех и на вся поднимается до самого горла, выплескивается на окружающих, а самое главное, разрушает твой тонкий и хрупкий внутренний мир.
Ты не можешь понять, откуда это пришло и как с ним совладать.
Пытаешься обвинить судьбу, которая к тебе немилосердна, или людей, которые злы и несправедливы, самого себя - за слабость воли и бессилие души.

Не торопись это делать.
Духи злобы поднебесной существуют реально и независимо от тебя.
Они сильнее, древнее и мудрее тебя, и приходят из преисподней, чтобы уловить каждого живущего на земле в свои сети.
У них одна задача - погасить свет, который в человеке, потому что они питаются от тьмы и крепнут от нее.
Они ждут, чтобы ты взроптал и выплеснул зло.
Но ты не поддавайся им.
Как бы ни было трудно и больно, служи и поклоняйся свету.
Вспомни все доброе, что было в твоей жизни, обрати взгляд свой на окружающую красоту Божьего мира, вспомни светлых, любящих и чистых людей, которые встретились на твоем пути.
Пойди к ним, если они рядом, и излей душу.
Но и конечно, душой и мыслью припади к пречистому лику Светодавца Христа, вкуси от моря небесной любви и милосердия, Его животворящего света.
Дух мрачный, заскулив, как трусливый пес, вернется в свои темные бездны, и долго не посмеет прикасаться к тебе...
Любви и света вам, мужества и надежды!..

Забыть беду

Вся беда в том, что мы не умеем терпеть.
Нам плохо и больно сейчас и, кажется, небо свернулось в свиток, свет жизни померк, все ближние отвернулись, наступил конец всему.
Нам не хватает или опыта, или хотя бы капельки прозорливости, чтобы заглянуть за краешек своего страдания.

Есть закон: боль, если она сильна, то закончится скоро; а если длится долго, то ее можно терпеть.
Завтра весенними лучами тебе улыбнется новый день, а незнакомый прохожий скажет доброе слово.
Или ты найдешь клад, или вдруг откроется в тебе какой-нибудь новый дар и ты, увлеченный и вдохновленный, забудешь о том, что было вчера.

Люди мудрые говорят: человек, вкусив вечного блаженства, не вспомнит о бедах своего земного бытия, потому что радость и свет Неба будут так ярки и сильны, что покроют все остальное словно волною морскою.
И еще: счастлив не тот, кто избежал горя и беды, а кто умеет быстро забывать свои неприятности и несчастья...
Забудь, и иди дальше!

Мимолетность

День прошел, его уж нет.
Что толку сожалеть о том, чего не сделал?
Не написал нужной строки, не сделал точный мазок, упустил родившуюся яркую мысль; не сказал близким теплые и светлые слова.
Змея сожаления прошелестела холодной лентой вокруг сердца и улеглась поодаль, до следующего дня.
Если бы мы сложили все хорошее, чего не успеваем сделать в своей жизни, то получилась бы башня до самых небес, а из того, что совершаем доброго - маленькая кучка пепла.
Эта мысль не дает мне покоя: мы - кладбище прекрасных и несбывшихся надежд.
Мы думаем, что жизнь долгая, что еще успеем, вернемся, осуществим.
Сегодня плохо спал, помешала болезнь, настроение было не ахти.
А вот завтра, позже, потом...

Откуда нам знать: наступит ли завтра, и принесет ли оно больше здоровья, света, собранности?
Я довольно долго живу на этой земле, и вынужден с сожалением признать, что человек с каждым днем становится слабее.
Уже и память не так остра, и сердце не так отзывчиво, как прежде.
Все, что откладывал на завтра, осталось нерожденным навсегда, а то малое, что успел, потянется за мною в вечность.
Конечно, нам не грех мечтать, строить воздушные замки с башнями из чистейшего хрусталя.
Но все же глиняный горшок, который ты сегодня сделал своими руками, пусть он кривой и неказистый, - ценнее этих призрачных замков, потому что ты собрался и смог.
Тепло твоих рук придало бездушной глине форму, и вернулось троекратно к тебе, чтобы отразиться на всем окружающем мире.

"Вера без дел мертва".
Жизнь мертва без любви.
Любовь мертва без творчества и тепла.
С новорожденным днем!
Пусть не касается сердец ваших дух сожаления о несовершенном...

Где ты, Адам?..

Один богомолец сказал старцу:

"Ты знаешь, отче, я Бога ищу".
На что получил ответ:
"Это Он тебя ищет, а ты прячешься".
Так со времени грехопадения.

Нарушил Адам заповедь Создателя и, когда услышал голос Его, ходящего по Едемскому саду, спрятался в кустах, потому что совесть, омраченная грехом, боится света.
Человек врет, изворачивается, лукавит, придумывает себе оправдания, винит окружающих и весь мир, но только не себя, в том, что живет плохо, не по-божески, не по-людски.

Рожденный выше ангелов, призванный к царственному благородству, человек напяливает на себя шутовские, нелепые наряды; корчит рожицы, как обезъяна в зверинце, знает только животные вожделения, а все, что свыше в себе и в других - высмеивает, попирает, убивает, утверждает, что этого нет вовсе.
Наученный дервней змеиной мудростью, человек лукавый знает: чтобы душа не болела, ее нужно убить; чтобы свет не резал глаза, нужно его погасить;
чтобы тихий голос, зовущий из рая через толщу веков: "Где ты, Адам?.."- не обличал совесть, нужно крикнуть согласно с другими богоборцами:" Распни Его!", а потом спокойно идти в свою хижину, не сознавая, что ты уже мертв...
Но и тогда, когда твоя жалкая и ветхая оболочка испустит последний вздох на этой земле, и высокое небо закроется перед твоими глазами,- твоя почерневшая и обугленная душа предстанет перед милосердным Творцом и услышит снова тихий вопрос: "Где ты?"...

Тогда не будет кустов, чтобы спрятаться, и не будет оправданий, чтобы омыться.
Восплачет душа и пойдет от Света прочь.
Туда где слезы и стон, где тьма кромешная и пожигающий совесть огонь...
Все это здесь уже предчувствуем.
И муку вечную, и радость бесконечную...

"Придет кротость на на нас, и накажемся"...

Сомнения

Делаю шаг и сомневаюсь, что он правильный.
Пишу слово и сомневаюсь, что оно верно.
С утра до ночи точит червь сомнения, он и во сне присутствует, чтобы с пробуждением снова взяться за свое черное дело.
Сомнения разрушают веру, убивают любовь, гасят творческие порывы, мешают человеческому общению, выпивают радость, отгоняют надежду, покрывают ум туманом и питают сердце горечью.
Как избавиться от этого супостата, взглянуть на мир и на людей светлыми и несомневающимися глазами?
Всю жизнь ищу ответ на этот вопрос.

Я, конечно, понимаю, что все это происходит от того, что нет прочного внутреннего стержня.
Я даже знаю, где он и как его найти.
Но почему не ищу, отчего шатаюсь от малого дуновения, мучаюсь сам и приношу другим страдания?
Существо человеческое слабо, оно подвержено соблазнам ума и плоти, расслаблено ленью и жалостью к себе, - но это не оправдание.
Если хочешь остаток жизни прожить ярко, собранно, творчески, то об всех слабостях нужно забыть.
Каждый час погонять свою мысль, вязать волю в единый узел, заставлять, понуждать, подстегивать, терпеть.
Плоды будут видны значительно раньше, чем мы думаем...

Омуты желаний

В одной из "Хроник Нарнии" герои среди моря попадают в туманную мглу, где сбываются сны.
Они сначала радуются тому, что можно посмотреть золотые свои видения или мечты, но потом находят человека, который прошел через ад сбывшихся сновидений.
Его взгляд полон безумия, ужаса, отчаяния.
Он умоляет быстрее покинуть это проклятое место, потому что здесь исполнются ВСЕ сны...

Мне кажется, в каждом человеке есть темная, таинственная, неподвластная разуму область жизни.
Мы не знаем, откуда берутся помыслы и рождаются желания.
Они не всегда чисты, иногда постыдны и страшны.
Они пленяют наше сознание, ослепляют ум, высушивают сердце унынием и отчаянием, иногда подталкивают на крайний, последний шаг...
Они сильнее нас, потому что их корни прорастают до самых глубин преисподней.
Нам самим с ними не совладать, не справиться с бурей мыслей и состояний.
И только Голос, повелевший создаться горам и родиться рекам, приказавший умершему Лазараю выйти из гробницы и Петру идти по воде как по тверди, - только этот Голос может утихомирить шторм внутри нас и навести в сердце порядок...
Главное, услышать его в шуме и суете жизни...

Привкус горечи

Почему в минуты наивысшей радости, счастья и восторга мы часто плачем?
И еще: когда жизнь хороша, когда нет ничего, что бы омрачало ее, - наше сердце сдавливает необъяснимая и черная тоска.
До физической боли. Отчего?..

Может быть, за каждым приобретением виднеется тень потери, и за всяким являением любви маячит призрак предательства и разлуки?
Или душа помнит райские кущи и всеми крыльями рвется ввысь, прочь от земли?
Мы забыли, а она - помнит...

Что бы то ни было,"всякая тварь мучается и страдает на земле из-за человеческого грехопадения".
Каждая травинка и каждая букашка..
Здесь не может быть совершенной любви и совершенного блаженства.
Разве что на миг.
Гонителю Савлу лишь на мгновение открылось небо, он замер неподвижно, ослеп, и не прозрел до тех пор, пока не принял крещение в доме Анании.
А потом не смог жить дальше так, как жил.
Серафиму Саровскому, старцу Силуану Афонскому тоже были небесные видения, они испытали такой силы радость, что "если бы видение продлилось еще хоть миг, то сердце человеческое не выдержало бы, разорвалось".
А потом один ушел в лес, а другой был лишен даже самого малого утешения, еще живой здесь - душой погрузился в ад.
Оба выдержали суровость одиночества и леса, и холод богооставленности.
И все это не для того, чтобы сохранить ту неземную радость, какую они испытали, а сберечь в себе лишь воспоминание о ней!

Что наша радость?.. Что наше счастье?..
Только намек на то, что будет. И все же, будем пить мутноватую воду этой жизни.
Другой-то нет. Наслаждаться радостями с привкусом горечи.
Улыбаться свету, который бьет сквозь мутное и пыльное стекло.
Надо признать: жизнь даже в смутном и падшем ее выражении - удивительно хороша!..

А что же там, за чистым, прозрачным стеклом небес?..
Слов нет и дух захватывает от предчувствия!..

Дни рождения

Немецкий поэт Рильке сказал:

"Земля - это место, где шлифуются души".
То есть человеку суждено пройти в этой жизни множество испытаний, болезней и бед, чтобы закалиться, ограниться, стать бриллиантом, сияющим всеми гранями своей души.
Без этого мы только бесформенный кусок, пусть и благородной породы.
Но как бунтует, возмущается, кричит и стонет наша порода, когда резец судьбы прикасается к ней, чтобы убрать лишнее и сточить шероховатости - дурные наклонности и привычки, полученные от первородного греха.
Нам кажется, что жизнь кончена, что рука Творца жестока и немилосердна, что боль невыносима, а смысл потерян.
Но вспомним слова: лучше я потеряю глаз, чем погублю душу; лучше лишусь руки, чем потеряю жизнь.

Душа проходит через огонь, чтобы сгорели примеси, и воссияло золото таланта и добродетели.
Она терпит лютый холод, чтобы остудить гибельные страсти, бушующие в нашем сердце, и чтобы вера наша стала закаленной как железо.

Каждый миг она ведет невидимую и жестокую брань со своими помыслами и духами злобы поднебесной, чтобы защитить твою святыню, данную тебе Небесами как залог будущей, вечной жизни...
Нам только кажется, что мы родились в муках и крике однажды.

Мы рождаемся в вечность каждый день, всю свою жизнь, и наш последний вздох на земле - это первый глоток воздуха вечности.
Это рождение - трудно и болезнено.
Но уже сейчас, здесь, мы предчувствуем то, что будет.
В минуты любви или молитвы открывается над нами лазурное, бесконечно высокое и милосердное Небо, восклицает от восторга сердце, приобщаясь к творчеству или созерцанию неземной красоты...

Яд одиночества

Люблю одиночество, но понимаю, что вокруг множество людей, которые от этого одиночества погибают.
Даже Христос, в обычные дни удалявшийся на молитву один, в последнюю ночь перед предательством просил Своих учеников: "Побудьте со Мной, не спите..."

Всему свое время и своя мера.
Есть мера боли, которую можно терпеть, а есть мера одиночества, которую можно вынести.

Нагими и одинокими мы рождаемся, чтобы нагими и одинокими умереть, а тот промежуток времени, который называется жизнью, мы ищем общения и родства, любви и понимания, чтобы прилепилась наша душа к другой, чтобы познать полноту жизни и счастья.
И чаще всего не находим.
Хорошо и тепло, когда связаны пуповиной с матерью.
Хорошо и весело, когда есть дружеская чаша юности.
Божественно, когда уста пьют любовь, а потом взгляд младенца возвращает тебя на время в райские обители. Но время прожорливо, оно разрушает тонкие узы.
Мы скоро покидаем отчий дом, друзья разлетаются по миру, любовь подраненой чайкой разбивается о скалы обыденности, а дети, едва встав на ноги, протаптывают свой путь, без нас...
И костлявые пальцы одиночества сдавливают горло; горкий яд оставленности отравливает наше сердце.

Гордыня, себялюбие, самомнение, нетерпимость, дурные наклонности и привычки отчуждают нас от других людей и как бы закрывают все душевные ставни, оставляя нас в темнице собственной жизни...
Я очень хорошо знаю это состояние, а потому понимаю тех, кто оказывается в нем.
Из него трудно выйти, иногда почти невозможно.

Но путь есть, и он выражен очень простой фразой:

"Отвергнись себя, возьми крест свой и следуй за Мной".
Настоящая любовь не может быть без самоотвержения.
Истинная любовь не может быть без крестоношения.
Одиночество невозможно победить, если не услышишь голос с Елеонской горы:
"Не спи, побудь со Мной! Иди за Мной до самой Голгофы, чтобы увидеть свет Воскресения."
Замкнувшись в себе, мы никогда не увидим Истинного Света, а приобщившись к Свету, очистим души и возлбим ближних и дальних своих, как самих себя.
И навеки забудем, что такое одиночество...

Легкая поступь

Жизнь и без того нелегка, но мы почему-то сами ее утяжеляем.
Если нам плохо, то кажется весь мир ополчился на нас; если кто-то отвернулся от нас, то думается, что все нас бросили; кто-то посмотрел не так, кто-то сказал не то, что-то послышалось обидное, что-то померещилось злонамеренное...
Каждый день мы навешиваем себе на ноги свинец мнимых помыслов и несуществующих обид; с ревностью, достойной лучшего применения, стоим на страже своего достоинства; отражаем напасти, которых нет и отбиваем угрозы, которые только в нашем сознании.
Это, конечно, свойство болезненной души, потому что человек духовно здоровый видит даже в плохом искорки света и доброты.
Потому он идет по жизни легко, едва земли касаясь; на челе его свет, на устах улыбка и неизменное "прости", хоть он и ни в чем не провинился.
Он знает тяжесть пути и черноту ночи, но также понимает, что тьму можно победить только светлым настроем.
Не станем плакаться, когда нам хорошо, но будем улыбаться, даже когда нам невыносимо плохо...

Ступени лестницы

"Кротость есть неподвижное состояние души, в чести и бесчестии пребывающее одинаковым.
Начало безгневия есть молчание уст при смущении сердца; середина - молчание помыслов при тонком смущении души; а конец - непоколебимая тишина при дыхании нечистых ветров.

Если признак крайней кротости состоит в том, чтобы в присутствии раздражающего сохранять тишину сердечную и залог любви к нему; то крайняя степень гневливости обнаруживается тем, что человек наедине с самим собою словами и телодвижениями как бы с оскорбившим его - перепирается и ярится.

Начало блаженного незлобия - сносить бесчестия , хотя бы с огорчением и болезнию души; середина - пребывать в них беспечально; конец же этого - принимать поношения как похвалы..." св. Иоаннъ Лествичник.

Великопостное чтение на ночь

" Грехопадением изменились и душа и тело человека. Падение было для них смертию.
Видимая и называемая нами смерть, в сущности, есть только разлучение души с телом, прежде уже умервщленных отступлением от истинной жизни, Бога.
Мы рождаемся уже убитыми вечною смертию!
Мы не чувствуем, что убиты, по общему свойству мертвецов не чувствовать своего умервщления.
По этой причине наше тело уподобилось телам животных; оно служит для души темницей и склепом. Сильны наши выражения, но они еще недостаточно выражают ниспадение нашего тела с высоты состояния духовного в состояние плотское." (свт. Игнатий (Брянчанинов))




Обсуждение статьи:
   ирина 11.03.2011 14:02:
спасибо


Добавить комментарий:
Ваше имя *:

Ваш комментарий:



Введите число на картинке(защита от спама): 

Внимание! Тексты, содержащие ссылки сохранены не будут!


Святителю отче наш, Феодосие, моли Бога о нас!
Владимир Трубинов. Сердце сокрушенно (ч.7) | Храм святителя Феодосия Черниговского
© 2009-2018 Храм свт.Феодосия Черниговского
(03179 Киев, ул. Чернобыльская, 2. тел. +38 066-996-2243)

По благословению Блаженнейшего Владимира, Митрополита Киевского и Всея Украины.

Главный редактор - протоиерей Александр Билокур , Ответственный редактор - Елена Блайвас, Технический редактор - Александр Перехрестенко

Rambler's Top100
Посетителей на сайте: 14