Храм свт.Феодосия ЧерниговскогоХрам свт.Феодосия Черниговского
тел. 066-996-2243
 
День за днем
О смысле
Библиотека
Воскресная школа
Милосердие
Сервисы сайта
Главная >> Статьи >> Книжная полка >> Владимир Трубинов. Сердце сокрушенно (ч.8)

Владимир Трубинов. Сердце сокрушенно (ч.8)

Сердце сокрушенно
Читайте также:

 

Эти публикации из замечательного блога Владимира Трубинова.
Большая часть сообщений принадлежит ему, некоторая часть - ссылки на других блогеров или мысли достаточно известных людей, имена которых указаны.

Расслабленность

Мысли иногда приходят глубокие, идеи такие, что дух захватывает, ну, а желание начать новую, правильную жизнь посещают каждое утро.
Но воз и ныне там!
Какая-то внутренняя расслабленость, робость, лень, малодушие, жалость к себе не дают осуществить то, что так красиво и сильно слагается внутри.
Поэтому во мне "как во океане, надежд разбитых груз лежит".
Нужно собрать волю в кулак, разобрать в себе внутренние завалы, выбросить все лишнее, тяготящее. Помнить, что мы всегда в пути, и дорога наша ведет вверх.
Если идешь в гору, не нужно брать с собой ничего лишнего, тяготящего.
Нужно всегда внимать себе, потому как можно сорваться и упасть в пропасть.
И не унывать от тяжести пути, потому что уныние - ядовитый туман, который парализует волю, отнимает надежду и выпивает последние силы.
В добрый путь!..

Весь мир

В моей душе как в матрице или в капле воды, отражается не только история моего рода, но и весь мир.
Она помнит эдемский сад, и шепот змия, и катастрофу грехопадения.
В ней нераскаянность Каина, и золотой телец Дафана и Авирона, Содом с Гоморрою, и поцелуй Иуды.
Не только толпа, стоявшая перед Голгофой, кричала - распни, распни Его! - но и душа моя, очерненная грехами, кричит теперь все те же слова.
И святость, и бездна греха; и покаяние, и богоборство - все есть в моей душе.
В ней каждый миг идет невидимая брань, весы колеблются, силы тают, а битвы этой не видно конца.
Очисти, Боже, меня грешного!
И дай сил...

Осколки

Час рождения я, конечно, не помню.

Но вот первая вспышка памяти: я стою, раскачиваясь в зыбке - это такая детская кроватка с полукругами внизу, чтобы качать младенца.
Внизу ковер, на котором играют солнечные лучи.
Он то приближается ко мне, то удаляется от раскачивания.
Внутри - восторг и свет.
Неожиданно ковер бросается на меня - и все.
Птенец выпал из гнезда... Было мне, по словам матери, полгода от роду...

Вторая вспышка: я иду на отцовскую пасеку.
Для взрослого человека - это пару десятков шагов, а для меня - целое удивительное путешествие.
Растения и кусты смородины кажутся мне высоченными деревьями.
В моих руках ветка, которой размахиваю.
Пчелы этого не любят, они нападают на меня, начинают жалить, а я стою и ору, как дурак, не догадываясь, что надо бежать.
Впрочем, убежать самому мне не удалось бы: я только что научился ходить...

Вспышка третья.
Мимо нас, на том берегу реки, тянули железнодорожную ветку, и рвали скалы.
Перед взрывами объявляли по радио: "Внимание, внимание, просим всех уехать в безопасное место".
Родители закрывали ставни, приходил грузовичок и увозил всех жителей деревни за холм.
Я знал этот обычай, и когда в очередной раз объявили :"Внимание, внимание!" стал быстро собираться, принес пальто, чтобы одели.
Но взрослые почему-то не слушали меня, а слушали молча радио.
Я ревел, просил их - все бесполезно.
А потом вдруг все стали кричать от радости и обниматься. Все смеялись, а я плакал.
В тот день, оказывается, полетел Гагарин.
И когда пишут: вся страна радовалась тогда, - это не так.
Был один человек на земле, который плакал безутешно.
И это был я...

Вот первые осколки памяти...


Сбросить камни

Каждое обидное слово, сказанное нами кому-то, всякая темная мысль или намерение, дурной поступок, раздражение, предательство - даже в уме, - все это тяжелые камни, которые давят на нашу совесть.
Если бы мы имели внутреннее зрение, то увидели бы окружающих людей и себя согбенными, а некоторых лежащими под непосильной ношей совершенных грехов.

Уста часто говорят "прости", но на сердце все равно остается тяжесть, и мы не понимаем, почему нам так трудно идти, отчего так сложно общаться с людьми, принимать решения и творить дела добрые.
Мы связаны и задавлены, скованы и поражены внтуренней болезнью, имя которой нераскаянность.
Отсюда ропот и злость, мстительность и зависть, чванство и превозношение перед другими.
Нужно когда-то начать скидывать с себя эти бесполезные тяжести, иначе никогда не взлететь.
Не подобает крылатому и небесному существу ползать и пресмыкаться.
Отбросим ложный стыд, смирим бесплодную гордыню, простим всех, кто был с нами неправ, и сами вымолим прощения у тех, кого когда-то обидели.

И главное: упадем на колени перед Создателем, потому что Он вручил нам душу - светлую и легкую, а мы превратили ее в черную головешку; Он дал нам богатство и красоту сердечную, чтобы совершать дела благие, а мы растратили эти сокровища на пустышки...
Теперь скрываемся от светлейшего взора в дебрях собственной жизни, не имея чем прикрыть свою наготу и безобразие.
А когда слышим вопрос: зачем ты это сделал? - то обвиняем всех - мир, жизнь, родных, обстоятельства и самого Творца - но только не себя.
А ведь все просто: нужно признать свое окаянство, омыть слезами свое сердце, скинуть с души камни грехов, и узнать, что такое жизнь истинная - свободная, яркая, полетная, исполненная смысла и красоты...

Адамов плач

Сегодня вспоминаем Адамово изгнание из рая. Кажется, какое дело нам до древнего праотца, до ветхих легенд, повествующих о грехопадении?
Нам бы в своей, теперешней жизни разобраться, распутать клубки проблем и бед, которые сами же плетем.
И все же эта седая история имеет прямое отношение к каждой человеческой душе.

Быть может, в дни первоначальные, о которых мы даже не помним, купалась наша чистая душа в потоках света и радости, залетала она в духовные небеса, слышала песни ангельские и слова неизреченной мудрости.
Душа помнит это...
Потом пробудилось наше сознание, мы познали всякую вещь вокруг: уютный дом у подножия гор, блестящую ленту говорливой реки, тонкую рябину у ворот, родные лица, материнскую речь...
А про небо забыли...
У каждого свой образ раннего детства, но на нем всегда есть отблески света нездешнего, и радости неземной.
О них тоскуем из бездны взрослой жизни, от них черпаем силы, когда, парализованные, валяемся во рву грехов...

Кто-то сказал: рай не место, а состояние.
Это состояние, подобно Адаму, ищем и зовем мы всю свою жизнь.
Пробуем заменить его какими-то земными радостями - славой, любовью, богатством, творчеством, - но душа быстро распознает подделку, и все ищет, ищет, чтобы прилепиться к вечному, нетленному, непреходящему...

Адам жил на земле по преданию почти тысячу лет.
В поте лица своего добывал себе хлеб и плакал так, что и теперь изображают его иконописцы с бороздками на лике от слез.
Он плакал не от досады и обиды, а о потерянном рае.
Мы тоже часто плачем, но о чем?..

Другие

Есть души, отмеченые Небом.
Они не могут жить как все, радоваться только земным утехам, думать только об утройстве здешней жизни.
Они, конечно, не отрицают обыкновенную жизнь.
Наоборот, обостренно видят и чувствуют красоту мира, человеческих мыслей, чувств, отношений.
И все же в глазах их светится тихая грусть.
О чем-то невыразимо прекрасном, высоком, неземном, недостижимом.
Им трудно жить на свете, непросто найти свою нишу, или человека, который бы разделял их устремления.
Им суждено быть непонятыми, непринятыми, отверженными.
Даже родными и близкими людьми.
Удел их - одиночество или монастырь.
Но без них мир станет циничным, грубым и темным.
Они - соль земли и свет миру; они те свечи, которые светят в ночи; они те нити, которые связывают еще нас с небом.
Порвутся эти нити и мир покатится в тартарары.
Берегите их, чистых и беззащитных!..

Великая иллюзия

Как нам хочется верить, что есть на свете душа, предназначенная только для тебя; есть любовь земная, которой не будет конца, когда чувства и мысли не просто созвучны, а одни на двоих, когда каждый день - праздник, наполненный светом и радостью, где нет места обыденности, рутине, скуке, ссорам, горечи и непониманию.
Мы ищем упрямо это всю жизнь и иногда, кажется, находим.
Но почему так быстро гаснет огонь, отчего холодной змеей проползает между нами отчуждение?
Свет меркнет в глазах, под сердцем образуется пустота, любовь улетает куда-то, а жизнь теряет всякий смысл...
Счастье земное, человеческое - это призрак, это мираж.
Оно возможно только тогда, когда два сердца соединяются в Любви божественной, когда души пьют свет из одной чаши, а чувства насыщаются из одного источника.
Иначе рознь мира разобьет ваш хрупкий корабль, а буря житейская потопит все ваши надежды...
Подними взгляд свой к Небу, прикоснись к вечности и ты узнаешь Любовь, которая долготерпит, милосердствует, не требует своего, которая не перестает никогда, даже когда языки умолкнут, светила погаснут и свернутся в свиток небеса...

Чудо

Он был очень талантливым режиссером.
То, что называется от Бога. Все лучшие свои фильмы я сделал именно с ним.
Мы были как одна душа. Я придумывал, писал тексты, а он находил образы, кадры, звуки...
К тридцати годам родил шестерых (!) детей, но тут настали славные 90-е.
Жить стало не на что.
Чтобы прокормить свое семейство, он бросил кино, ушел в бизнес и, как это водится, дорога привела к бандитам.
Красный спортивный мерседес, дом за городом, денег полные карманы, казино и прочие "радости" жизни.
Наши пути разошлись на долгие 15 лет.
Не было общих тем для разговора.
Слышал я, что он разорился, посидел в тюрьме, скрывался полгода по конспиративным квартирам.
И вот позвонил вчера.
Говорили долго, до полуночи.
"Сказать, что мне плохо - не сказать ничего. Я потерял все, - дом, машину, уважение людей и детей.
Я не пришел, а приполз в церковь, в буквальном смысле валялся у алтаря, выпрашивая прощения у Бога.
Я его получил. Но за все надо платить. Все, что сделал плохого людям - вернулось ко мне сторицею.
У меня нет ничего - ни денег, ни работы, ни будущего.
Есть болезни, долги, которые надо выплачивать, и есть дети, которые подросли и требуют огромных средств...
Но у меня есть главное: Бог в душе, которого не было все эти годы.
Я готов работать дворником, истопником, кем угодно.
Лишь бы сохранить в себе этот внутрений мир.
Я смотрю на детей - и плачу, я встречаю других людей и мне хочется их обнять и попросить прощения.
Мне не нужно никаких богатств, ни престижа.
Хожу и повторяю все время: спасибо Тебе, Боже, что Ты есть!"

Вот такая история.
Такая исповедь накануне праздника Сретения.
Сердце мое обливалось слезами, когда я слушал своего друга.
Он потерялся и нашелся.
Он был как мертв и теперь ожил.
Какое еще большее чудо возможно на нашей планете?..

Ожидание встречи

Вот он, последний праздник зимы, Сретение.
Триста лет ждал праведный Симеон этой встречи, и когда принесли Младенца в храм, затрепетала душа в разрушенном теле, вышел он навстречу, принял Бога на старческие руки и воспел:
"Ныне отпущаеши раба Твоего, Владыко!.."
Все мы, как Симеон, живем в сомнении и желании прикоснуться к Небу руками.
Иначе не знаем.
Иначе не верим.
Хотя видим улыбку Бога каждый день: в луче солнца, в трепете зеленого листа, в красоте цветка, в кружащейся снежинке, в улыбке ребенка, взгляде возлюбленных, в словах друга, в мудрости учителя, - во всем, что поднимает нашу душу над мраком жизни, что рождает в сердце радость, свет и умиротворение; что взгляд наш делает ясным, а мысли легкими и живыми.
Нам кажется это нормальным, естественным, житейским.
Мы думаем, встреча с Богом должна сопровождаться какими-то чудесами, знамениями, огнем и ветром.

А Он приходит в простых вещах.
Нужно только правильно настроить свой ум и сердце...

Суеверие

Есть одна старая еврейская легенда.
Жил на свете бедный пастух, который пас своих коз и овец, и считал, что Бог его любит.
Он каждый вечер относил миску с молоком в укромное место, возносил молитву, в которой просил принять Всевышнего его скромный дар.
И каждое утро находил миску пустой, считая, что Бог ночью сходит с небес и пьет его молоко.
От этого он был совершенно счастлив и никакие невзгоды и беды не могли сломить его.

Однажды проходил мимо ученый раввин.
Он услышал от пастуха историю о молоке и рассмеялся старику в лицо:
"Как же может Творец вселенной, сотворивший небо и землю, звезды и горы, приходить к тебе, старому невеже, чтобы пить твое молоко?
Земля растает, если прикоснется Он к этому месте, и ты и овцы сгорят от дыхания Его!"
Долго пытался убедить пастух раввина в том, что Всевышний принимает его дар, пока не сговорились вместе пойти в то место, где он приносил свою малую жертву.
Так и сделали. Но не ушли, а остались посмотреть, что будет.

А случилось вот что: едва скрылся за кустом терновника старик, как появилась маленькая лисичка, вылакала все молоко и удалилась.
"Ну, что?!." - спросил торжествующий раввин.
Впрочем, можно было и не спрашивать.
Почернел лицом старик, лег на землю и не хотел жить.
Рухнула его вера, погибло его счастье.
Раввин же, довольный от того, что еще одну душу отвратил от суеверия, весело пошагал дальше.
А другой ночью, во сне, явился ему Некто грозный и огненный и говорил:
"Зачем убил веру в рабе Моем?
Он верил, что Всевышний принимает его жертву, и Я слышал его, видел веру его и праведность.
Конечно, не может Творец Вселенной пить из миски.
Но разве не Мое небо и не Моя земля, и все живущие на ней?
Это Я посылал лисенка, чтобы он пил, но эта жертва доходила до самого Неба, и Я принимал ее, а не неразумный зверь."

В ужасе проснулся раввин и скорее побежал вспять.
Нашел овец некормленных и непоенных, а пастуха лежащего так же, как он оставил его.
Пал на колени раввин, рассказал о своем видении, потом еще долго просил прощения у старика, пока тот снова не понес свое молоко своему Богу.

Такая история.

Знать - это еще не все.

Мы прекрасно знаем, что нам можно делать, а что нельзя.
Нельзя, допустим без должной тренировки долго стоять босиком на льду.
Иначе простудишься и заболеешь.

Нельзя лгать, прелюбодействовать, убивать, предавать, иначе болезненные язвы поразят нашу душу и погубят ее, ввергнув в пучину мрака, бессмысленности и низменных, постыдных страстей.

Мы также отлично знаем, что нам нужно делать, чтобы птица-счастье и радость не покидали наших сердец.
Нужно любить искренне, честно и до конца, что бы ни случилось; нужно верить, не сомневаясь, творить добро и уклоняться от зла.

Но вот беда: все, что мы так прекрасно понимаем, в жизни является едва ли не самым трудноисполнимым...
Не велика заслуга - знать и понимать; большое дело - исполнить на практике то, что ты разумеешь.
Тогда слова твои будут не пустой звук, а исполнены силы и убеждения..

Жизнь светла

Выглянул в окно, увидел чистый сияющий снег, небо лазурное без единого облачка, и дыхание перехватило от радости.
Мрак и бред болезни развеялись, как и серое безобразие этой странной зимы.
Разом вспомнились все светлые мгновения жизни и сердце растаяло в благодарности Творцу: жизнь удивительно хороша!
Наша память часто хранит все наши неудачи и беды, душа привыкает копаться во внутренней паутине сомнений, разочарований, и все прекрасное, светлое, счастливое остается где-то недостижимо далеко.
Мы начинаем думать, что все это - удел избранных, а наша участь - одиночество, слезы, болезнь, тоска.
Но это не так!
Стоит только освободиться от своего тесного кокона, взглянуть на жизнь ясными, чистыми глазами, настроить мысли на светлый лад, - и ваше мироощущение переменится!
Собирайте в себе крупицы света и храните их.
Придет час, и тьма отступит, и вы увидите не только этот великолепный сверкающий мир, но и нечто еще более прекрасное - "и горний ангелов полет, и гад морских подводный ход, и дальней лозы прозябанье"...
Желаю всем ясного дня!

Переломить себя

Ох, уж эта лень человеческая!
Сядешь работать - тысячи помыслов, чтобы увильнуть: и голова болит, и настроение не очень,и слова поперек горла, и мысли плоские; или домочадцы мешают, а времени впереди еще навалом...
Каждый раз себя приходится ломать, заставлять, привязывать к письменному столу.
Потом-то, когда дело пойдет, за уши не оттянешь; не замечаешь ни дня, ни ночи, ни голода, ни болезни.
Так во всем, не только в творчестве.
Попробуй хоть день прожить, внимая собственной душе: не рычать, когда внутри кипит раздражение; не любоваться собой, когда похвалы и лесть льются рекой, не унывать, когда все вокруг гибло; не набивать чрево, когда стол ломится от яств и вина, не завидовать, не превозноситься...
Цепко ловить каждый пустой помысел за хвост и без сожаления отбрасывать...
Попробуй так - с ума сойдешь!..
Но когда шаг за шагом, запинаясь и падая, ошибаясь и набивая себе шишки, ты сможешь управлять своими внутренними движениями и мыслями, то узнаешь радость, о которой раньше не слышал...
Радость преодоления, радость победы над слабым, капризным, без-образным, похотливым своим естеством...

Странные мысли

В последнее время засела где-то глубоко внутри одна мысль, которая не дает покоя ни днем, ни ночью, сверлит мозг, требует ответа.
Мысль по сути своей простая: жить по-другому.
То ли это болезнь действует, то ли приближающееся мое рождение; или возраст, или скорая весна, или Великий Пост, когда душа, привыкшая к нему, требует не только внешнего, но и внтуреннего очищения и обновления?
А может быть, уход из жизни духовника?
В последние двадцать лет я привык жить как за каменной стеной.
Все мои проблемы, беды, сложные вопросы, душевные и духовные сомнения разрешались просто - поездкой в Питер, в маленький деревянный храм на Серафимовском кладбище, беседой с о. Василием, и все.
Возвращался домой окрыленный, с прочищенными мозгами, усмиренной душой.

Теперь этого не будет никогда.
Теперь в ответе за все сам.
А у себя-то за пазухой не очень...
Давно уже жизнь превратилась в непрерывную карусель: поездки, съемки, росписи, переговоры, заботы семейные,- и все сначала - малькают лица, слова, мысли, дела.

Сложно остановиться, собраться духом и мыслью, запомнить чье-то лицо, услышать и понять чью-то душу.
А без этого не может быть внутренней жизни и творчества.
Все внешне, все на потребу дня.
И часто, в бессонные ночи, тихо шепчет душа: остановись, подумай, перемени себя!
Но как это сделать?
Сбежать на необитаемый остров или в глухой монастырь, или уехать в деревню?
Все это было давно, в прошлой жизни. И остров, и заграница, и одиночество, и монастырь.
Нет, нужно что-то другое, не внешнее, а внутренее.
Самое главное, знаю что, но то ли характера, то ли силы воли не хватает, чтобы начать...
Не завтра, не весной или летом, не тогда, когда уйду на покой, а сегодня, здесь, сейчас!..
Что ж, будем дерзать...

Вечные вопросы


Вот, я стараюсь жить, как запаведано в Писании, но отчего душа моя не находит покоя, страдает и мучается?
Я верю в Свет, который исцеляет и воскрешает, но почему душа моя чаще всего пребывает во тьме, уязвленная страстями и болезнями?
Я отринул богатство, чтобы идти путем праведных, но живущие рядом веселятся и пиршествуют, а в доме моем нужда и печаль...
Всей душой стараюсь помочь страдающему, но вместо благодарности слышу насмешки...
Я верю в любовь бескорыстную и жертвенную, но те, кого люблю, пользуются этим и одаривают предательством...
Сказано быть добрым и смренным, но окружающие меня злы и агрессивны, их слова как жало, а на языке их яд...
Сила Божия в немощи совершается, но сила грубая пользуется этим, чтобы отнять последнее...
Вот, изнемогает мое терпение, я убегаю в горы, там спасаюсь от стрел греха, но скоро душа моя мертвеет не только к соблазнам мира, но и к божественной мудрости..

Где же выход?
Где путь, ведущий к спасению?
Где ответы, не общие, касающиеся всех и вся, а только меня, моей жизни, моей души?..

Вы скажете - это ропот, нужно упражнятся в смирении и терпении.
Я знаю это, как и помню Иова Многострадального, который с мужеством принимал все удары судьбы, но потом взроптал и стал вопрошать Небо...

Мне думается, каждый человек должен задавать свои вопросы, чтобы получить не пилюлю утешения, а действительно - ответ..
И он его получит. Без сомнения...

Разные жизни

Мы живем одну непрерывную жизнь, из которой трудно выбросить и слово, но в то же время, когда оглядываешься назад, то понимаешь, что жизней на самом деле много.
Свет первоначальных дней, и купол неба над вершинами гор, крик иволги в заветерье, и бормотание реки на перекатах с плесканием серебристых хариусов на закате...
Все это было, или только давний сон?
А белый мир больничной палаты, когда перед глазами один лишь ровный потолок, на котором мысленно рисуешь разные картины, баталии.
Боль, от которой гаснет рассудок, и бесшумные шины страшной каталки, на которой навсегда увозили умерших соседей...

Неужели и это случилось со мной, а не с кем-то знакомым, рассказавшим все это?..
А студенческий вдохновенный полет, перемешанный с черными загулами,спорами, разочарованиями...

А бесконечная, неразделенная, мучительная любовь, которая до сих пор отдается внутри болью...
Это тоже я?
Как и долгие странствия по городам, заброшенным приходам, монастырям моей милой и несчастной родины?
И рождение сына, и гибель брата - все в один год, - разве это не другие, чужие жизни?
Нет, это все мое, все помещается в моем малом мозгу, в моем больном и некрепком сердце.
Картины прошлых жизней встают перед глазами, как будто это происходит теперь, обжигают грустью и ностальгией...
Но еще не все.
Сколько будет впереди этих новых жизней?..
О прошлом не жалею, от настоящего не ропщу, будущего не страшусь...

Все будет хорошо. Я верю...

В стране далече...

Нет, мы не изгнанники, мы блудные дети.
Взяли наследство, полученное от Отца, - таланты, ум, красоту, душевное богатство, - и пошли на страну далече, где правит бал тщеславие, зависть, алчность, превозношение,пустота - чтобы растратить там все до последнего гроша.
Что нам Отец и Его наставления, зачем нам жить, как заповедал Он, когда душа просит безумства и упоения, когда жизнь дразнит нас призраком богатства, наслаждения и славы.
Пей душа, веселись душа, пока молода, покуда в силах!
Познай все радости телесные, всю бездну и очарование греха!..
Вот состаримся, тогда и вернемся в Отечество, на покой...

Ой, ли!..
Как скоро леденящая пустота подкрадывается к нашему сердцу, как быстро пресыщается наше сердце от яств земных.
Мы хотим что-то сделать доброе, но не можем, потому что растратили свои силы, погубили ума красоту.
Те, кто были рядом, когда мы были сильны и щедры, теперь отшли и смеются над нами.
Душа валяется в одном хлеву с грязными страстями-свиньями, и никто не даст нам хлеба, чтобы ее насытить, и воды, чтобы утолить жажду...
Соберем остаток сил.
Если не можем подняться, поползем в сторону, где светлеется Небо, где наше место рождения, где милосердный Отец ждет, рапростерши объятия.
Стол накрыт и трапеза для нас готова.
Одежды чистые и белые сшиты для нас.
Путь возвращения труден, болезнен и долог...
Дай, Отче сил, чтобы до Дома дойти!..

Гордость многословия

Один мой знакомый монах как-то заметил: раньше было богословие, а теперь многословие...
То же можно сказать о нашей письменности, философии, науках.
Пишется и говорится очень много.
Интернет открыл широчайшие возможности для любого графомана.
Он может изливать потоки малосвязных мыслей и слов,- все равно найдется читатель или потребитель...
Зачем? Ведь пустословие и суесловие выхолащивает душу.
Попробуйте целый день жевать сухую бумагу - не станет ли вам плохо? Так же и здесь.

Если слово не рождается из самых глубин сердца, если оно не окрашено искренним переживанием или болью, если нет в нем восхищения от встречи с высотой Духа, или страха от того, что стоишь на краю бездны, иначе говоря, если это просто колебание воздуха, то лучше сомкнуть уста и дождаться, пока родится настоящее Слово.
Живое..

О пользе болезни...

Все-таки иногда полезно болеть!
Можно на время отключиться от внешних дел, заглянуть внутрь себя и попытаться понять: все ли хорошо в твоем сердце?
А там нехорошо, кошки скребут, всюду пыль и грязь, лень и расслабленность...
В уме тоже все раскидано, да разбросано.

Как избавиться от этого хаоса?
Как душу сделать деятельной, бодрой, неунывающей?
Конечно, нужно этим заниматься каждый день.
Но как это сделать, когда ты каждый день тонешь в бурных волнах житейского моря?
Остается одно - просить: "приди и вселися в нас, и очисти нас от всякой скверны."...

У подножия гор

Когда был юн, начитавшись о жизни аскетов, мечтал построить хижину у подножия гор, и жить одиноко в ней - в трудах и молитве, чтобы рядом звенел прозрачный ручей, чтобы дикие звери приходили в гости и птицы пернатые брали еду с рук.
Не получилось, хотя было близко...
Но позже, один мудрый человек сказал мне: построй хижину внутри себя, у подножия снежных вершин человеческой и божественной мудрости, и пусть течет рядом чистый ручей твоих состояний и слов, пусть приходят на водопой твои послушные олени-чувства, и слетают с высоких ветвей твои мысли-птицы...
И живи там.
Тогда душа, уставшая от шума и суеты городов, от горечи и разорчарований жизни, всегда найдет убежище, тишину и покой...

Свет в ночи

Лет двадцать назад довелось мне жить при Троицкой церкви в с. Родовом, что на Псковщине, на границе с Латвией.
Это бывшее родовое имение дворян Нехлюдовых, с барской усадьбой, где тогда располагался детский дом, с липовыми аллеями и парком с прудом.
Был я при храме всем - чтецом, певцом, дворником, просфорником,сторожем, истопником.
В свободное время иконы писал и много читал из святых отцов.
Прихожане - старики, старухи, и среди них выделялся некто Петр Федорович, бывший бондарь, 95-ти лет.
Отличался он тем, что ходил на каждую службу - зимой и летом, в дождь и снег, подпевал в хоре, как мог, очень интересно рассуждал о жизни.
Когда мы навещали его с настоятелем на его хуторе и спрашивали "Чем занимаешься, Петр Федорович?", он отвечал, усмехнувшись -"Молюсь!".
"Что же ты читаешь?" "Так, сто осьмнадцатый псалом.." (это псалом, который стихословят на отпевании).
А потом хвастался, с гордостью показывал нам свой гроб, который сделал для себя - красивый, просторный, дубовый...
Как-то зимой мы стали замечать, что П.Ф. приходит на службу с черным от копоти лицом.
Наверное, печь растапливает, сажей вымазался...
Но это было не так.
От его хутора до церкви было версты три, и зимой добираться было темно.
Петр Федорович брал кусок резиновой шины, привязывал ее к своему посоху, зажигал, и с этим чадащим факелом шагал в храм Божий.
У меня до сих пор в глазах стоит эта картина: вьюга, снег и мгла кругом, а навстречу ветру упрямо движется маленькая фигурка с огнем на посохе...
Говорят, когда он не мог уже ходить, в церковь его возил староста-сосед на тачке для угля...

Печально смотрю, как к столичным храмам на праздники подъезжают черные лимузины с мигалками. Господа жизни в окружении охранников гордо шествуют на молитву и занимают самые почетные места...
Но вспоминаю Петра Федоровича, мне становится теплей...
Шепчу только одну молитву: "Боже, милостив буди мне, грешному!"...

Жить по долгу

Конечно, хочется жить по своему хотению: делать то, что люблю и умею, общаться исключительно с приятными и близкими людьми, говорить и думать о светлом и высоком.
А еще: уехать куда-нибудь на берег южный и морской, лучше в другую страну, где незнакомый язык и до тебя никому нет дела.
Бродить в одиночестве по пустынным кипарисовым аллеям, дышать хвойным настоем, предаться в руки опытных докторов, а по вечерам неторопливо и вдумчиво выводить заветные строки.

Будет ли это когда-нибудь? Вряд ли.
Каждый день нужно суетиться и ездить из одного конца города в другой, встречаться с непонятными, но нужными людьми, строчить как из пулемета необходимые, но скучные тексты.
Проекты, заявки, переговоры, заседания, обсуждения, сметы...
Скучно, хоть и денежно.
И только ночью перед тем, как забыться, можно сделать паузу, помечтать, поговорить с самим собой и с вами, друзья мои, и хотя бы чуть-чуть преодолеть земное притяжение.
Не взлететь, нет, а только слегка подпрыгнуть, чтобы потом забыться до звонка будильника.
И так каждый день.
Я не жалуюсь. Я доволен. Я люблю насыщенную, трудную жизнь.
Просто иногда человеку свойственно думать о чем-то большем...

Боль

Не та, что ноет снаружи, а та, что сжигает изнутри...
Мы боимся ее, скрываемся от нее, страдаем и плачем.
Но она, эта боль, естественна для человека, который задумывается и ищет.
Скажу больше - она желанна, для тех, кто хочет родиться свыше.
Где вы видели человека, приходящего в мир без боли?
Или вы слышали младенца, который рождается и не кричит?
Так и внутренний человек, когда прорывается в вечность - страдает...
Это не значит, что наше пребывание здесь, на земле, становится бессмысленным.
Многие, живущие здесь, одновременно живут и на небе.
Просто жизнь преобретает другой смысл и другое качество...

Искатель

Я не ищу смысл жизни. Я его нашел. Теперь пытаюсь найти себя...




Добавить комментарий:
Ваше имя *:

Ваш комментарий:



Введите число на картинке(защита от спама): 

Внимание! Тексты, содержащие ссылки сохранены не будут!


Святителю отче наш, Феодосие, моли Бога о нас!
Владимир Трубинов. Сердце сокрушенно (ч.8) | Храм святителя Феодосия Черниговского
© 2009-2019 Храм свт.Феодосия Черниговского
(03179 Киев, ул. Чернобыльская, 2. тел. +38 066-996-2243)

По благословению Блаженнейшего Владимира, Митрополита Киевского и Всея Украины.

Главный редактор - протоиерей Александр Билокур , Ответственный редактор - Елена Блайвас, Технический редактор - Александр Перехрестенко

Rambler's Top100
Посетителей на сайте: 18