Храм свт.Феодосия ЧерниговскогоХрам свт.Феодосия Черниговского
тел. 066-996-2243
 
День за днем
О смысле
Библиотека
Воскресная школа
Милосердие
Сервисы сайта
Главная >> Статьи >> О вере, надежде, любви >> Иерей Сергий Круглов. Это сладкое слово «свобода»

Иерей Сергий Круглов. Это сладкое слово «свобода»

М.В.Нестеров Распятие
Читайте также:
…Нищая деревня…
Огороды, заросшие крапивой; в заброшенном поле, некогда плодородном, ржавеют останки косилки, зияющие провалами окон фермы, вросшие в грязь, напоминают декорации из фильмов-антиутопий… Земли – море, земля способна родить, прокормить, спасти, – земля никому не нужна, и, пользуясь этим, ловкие дельцы скупают колхозные паи за копейки, но сами и пальцем не касаются этой земли – зачем что-то вкладывать, прилагать руки, трудиться, проще и выгоднее потом при случае перепродать втридорога таким же дельцам…
Деревня живет за счет немногих горожан – летом приезжают из города, держат дачи.

Мальчишка лет десяти, из местных, стучит в калитку к дачникам:

- Не купите ли курицу?..
- Сколько?
– Да сколько дадите…

(Курица поймана им на соседней улице. Уличенный в факте кражи мальчишка, вроде, отпирается, но не так уж и усердно… )

- Не страшно ли воровать у соседей?
- А чего такого…
- Поймают, побьют если? В милицию сдадут?
– Не, к нам милиция отродясь не заглядывает…. И еще неизвестно, поймают ли, а так – будут какие-то деньги, можно купить что-нибудь в магазине.

(Вопрос про мать с отцом можно и не задавать – пьют, понятное дело.
В нищей деревне технарь, он же шмурдяк, он же шило, расфасованный в чекушки с этикеткой «Средство для принятия ванн «Мечта-1» , доступен всегда – в местном магазине «Мечту» дают в долг под запись, наравне с хлебом и макаронами, и «мечтает» вся деревня…)

***

… Грянул банковский кризис.
Банков в маленьком провинциальном городе меньше не стало, наоборот, открываются даже новые, с экзотическими названиями, – больше стало людей, приходящих в храм поплакать, пожаловаться…

- Что делать, батюшка, как поминать родственника?

– А что случилось?

– Да повесился… набрал кредитов, а тут кризис, платить нечем, он – в петлю… Семья, дети остались. Поручители теперь не знают что делать с долгами, хоть самим туда же…

***

… -Батюшка, дайте мне епитимию за аборты, скажите, сколько рубашечек принести в храм!

– Епитимия… жизнь и так епитимии накладывает – успевай принимать, вот их бы научиться нести с терпением…
Зачем принести рубашечек-то?

– Да чтоб совесть не мучила.

– Так ведь если совесть мучает, значит, она живая?
Попросили прощения у Бога, покаялись на исповеди – не сомневайтесь, Он-то вас простил.
А совесть… может быть, успокоится, когда встретитесь с этими убитыми детьми, обнимете их, поплачете с ними, и они простят вас… просить-то прощения надо ведь у тех, кого обидел, восстанавливать именно там, где разрушил, а не в другом месте… может быть, так?…

- А вы точно знаете, что так будет, что они простят?

- Я надеюсь на это, дети – народ незлобивый, отходчивый. Мы ведь живем верой и надеждой, а точно – как я могу знать…

- Не знаете?! А еще священник называетесь! Нет, вы скажите точно, сколько я должна принести в храм крещальных рубашечек, сколько пожертвовать свечек, крестиков и кагора в алтарь, я хочу, как положено, сделать – и всё забыть!…

***

…- Ох уж эта молодежь!…Мы такими не были!…Вот мой сынок – лодырь, работать не хочет, тянет деньги знает, одно увлечение – пиво пить с такими же балбесами, – это все правительство виновато!….

От ярой злости на правительство скрипит зубами, сжатые в кулаки пальцы аж побелели…

- Стоп-стоп. Это же ТВОЙ сын. При чем тут правительство? Ты что его, после рождения в Кремль отдал на воспитание?

– Они должны нам обеспечить все: работу, зарплату, достойную жизнь!… От них все зависит!…

- Погоди… да ведь правительство далеко – а твоя-то жизнь вот она.
Да и какая «достойная жизнь», – вон почитай, например, Салтыкова-Щедрина: что в царское время, что в советское, что нынче, – оно все почти одинаково…
Пока от правительства милости ждешь – так ведь поседеешь .
От нас все зависит в нашей жизни да от Бога, а не от правительства…

Нет, не слышит, и слушать не хочет.

***

…Мужик средних лет, хорошие рабочие руки, трудяга, из тех, кого называют «соль земли»… Просит освятить помещение СТО – арендовал заброшенный гараж, вкалывает от зари до зари, за недорого рихтует помятые машины. И дело, вроде, идет – машин сейчас много, нужда в его работе имеется у населения, особенно у тех владельцев автомобилей бюджетного, что называется, класса, кому не по карману услуги фирменных техноцентров. Небольшой, но стабильный доход есть, только не ленись…

Жалуется:

- Вот беда, не могу рабочих найти!…

- Как так?! Все ведь в голос вопят-жалуются, что работы нет как нет в наших краях?!

– Да какое там!…- в отчаянии машет рукой, краснеет и извиняется перед священником, сдержав на полдороге вырвавшееся негламурное междометие.
– Прямо беда с ними: вроде пришел, работает, неделю отработал, получил деньги – и пропал…
Второй, третий – то же самое… Только деньги в руки попали – и всё, запил, и нет его…
Одного изловил, начал стыдить, мол, у тебя же семья, чем кормить-то думаешь, – он на дыбы, чуть не в драку: а ты плати в три раза больше, я тогда подумаю!
Как говорят: работать хотим как у нас, а получать как в Америке… Что делать – ума не приложу.
Может, хоть освятить, так Господь благословит мою мастерню, наладится жизнь-то…

***

…- Не, я точно знаю: я тут недолго…
Прикинь, я полжизни по зонам чалился, как с малолетки начал, так и привык…
Париться не надо: накормят, спать уложат, работу дадут, понятия зоновские правильные я знаю от и до, по ним и жить проще. На свободе, конечно, хорошо, но – пока бабки есть…
Ну, вот погуляю еще маленько, и – домой.

***

…Священник строго прещает молодую женщину – это она по гендерному, так сказать, статусу молодая женщина, а по виду и по сути – девчонка еще…
С мужем живут плохо, любви нет, замуж вышла, потому что забеременела, надеялась, что он все же будет хорошим мужем, да не сложилось – попивает, к ней относится как к тряпке у порога – ноги вытереть…

Ребенку два года, постоянно видит скандалы, слезы, нелюбовь…
Встретила и полюбила хорошего человека, полюбил и он ее, пришла спросить совета в храм… Священник категоричен: нет, на всё воля Божия, попался такой муж – терпи, это тебе по твоим грехам, жена да убоится.
А то, что полюбила другого – это прелюбодеяние, а за него- вот такое-то наказание, на такой-то строк отлучаешься от причастия… Ушла, понятное дело, в слезах.

– Батюшка, как же так?.. Может, стоило как-то по-другому с ней, вникнуть, разобраться, помолиться о ней хотя бы, подойти индивидуально, ведь люди все разные, каждая судьба и каждая личность неповторимы?…
Вот ребенок у нее растет и не видит любви между отцом и матерью – каким он вырастет, как он Христа узнает?..
И о лишении причастия: она ведь впервые в храм зашла, и знать не знает, что такое причастие и для чего оно – а вы сразу: «отлучить»! Она ведь ничего не поняла в вашем прещении, разве что еще раз уверилась в том, о чем ей наверняка говорили: не ходи ты к попам, у них утешения и понимания не добьешься…

- Чего?! Какого «понимания»?! Это у них в миру «понимание» – а у нас Церковь, есть каноны и предания, яже от святых отец, и думать и вникать нечего, все до нас продумано, наше дело – послушание и строгое соблюдение!..

***

…Картинки, так сказать, с выставки…Обычная наша окружающая житейская жизнь.
Таких картинок каждый из нас припомнит десятки, а то и сотни.
И думается, и думается про них…что в них общего, во всех этих ставших привычными ситуациях?
Одно: дух несвободы и безответственности.
И уж неоригинальна эта тема, и уж сколько про это написано, и светскими, и церковными проповедниками, – а дух этот тяжкий все витает в нашей жизни, все не выветривается, как перегарный угар в кухне наутро после долгой попойки…

Думается об этом в особенности еще и потому, что наступает – Рождественский пост.
При чем тут пост-то, скажете?
Да при том, что мы им готовимся встречать Рождество Христово, а это – праздник величайшей свободы и величайшей ответственности, которую явил нам Бог.

Многие нынче, кстати, ворчат против этого поста: зачем он нужен вообще?!
Понятно – Великий пост: сугубо покаянное время, страсти Христовы, – а тут Рождество, радость, ангелочки, колядки, в пещере ослик кушает овес, в яслях лежит Христос, – и опять чего-то постись!…

Ну, вольному воля, к посту никто никого не принуждает, а вот насчет радости…
Радость-то радость, это так.
Но и страшное, невыносимое, на разрыв: ЧЕМ досталась Христу радость эта…
Даже нам, простым смертным человекам – страшно рождаться в мир, пронизанный порчей греха, зла, страдания, смерти.
Спросить бы новорожденного, разверзающего ложесна, о чем он так горько кричит, на что так жалуется – он ведь человек, не животное, явно кричит не только от физических неудобств, неизбежных даже при самых благополучных родах…

Страдание – следствие греха, разрыва, трещины между Богом и человеком.
А у Христа-то, Сына Божия – никакого греха нет.
Ему-то каково, совершенно безгрешному, терпеть всё то, во что Он вступил Своим рождением?
Каково свободному – оказаться в тюрьме, здоровому – быть запертым в палату к умалишенным, птице – жить под землей?

Вот оно как, с Рождеством-то. И сделал Он это – свободно. Никто абсолютно Его не заставлял.
Любовь к нам заставила: не мог Он спокойно смотреть, как мы тут мучаемся, должен Он был помочь нам, спасти – и Сам пришел к нам в ад.
Пришел совершенно свободно – и в этой свободе поступка взвалил на Себя ответственность.

Ответственность – главный признак свободы, этим свобода отличается от вольницы, от беспредела, о котором мы подчас так мечтаем: буду делать все, чего левая моя нога пожелает, а там – хоть потоп!…

Мало того – свободный Сын Божий хочет и нам дать эту свободу, вернуть нам ее.
Ради этого Он пошел на крест, прошел путь греха и смерти до самого конца.
Любовь и свобода – два столпа, на которых стоит мир и человек, без них все рухнет, это Богоданные, врожденные, впаянные в нас вещи, которых мы так боимся, которыми так тяготимся – но жить без которых, жить жизнью настоящей, не можем…

Об этом мы не раз читали у святых отцов, слышали от опытных христиан: высшее проявление свободы – ответственно и свободно эту свободу ограничить, отдать.
Помните, что апостол Павел написал в письме к галатам: «К свободе призваны вы, братья», – но дальше добавляет: «Только бы свобода ваша не была поводом к угождению плоти, но любовью служите друг другу»(Гал. 5,13).

Где свобода – там ради любви – ограничение ее.
Великая тайна креста, на первый взгляд непонятная разуму, чувствам, в клочья разрывающая то, что мы гордо именуем «житейским опытом»: высшая свобода – свободно дать себя прибить ко кресту, принести самого себя в жертву…
Крайняя, как кажется, степень несвободы оборачивается высшей свободой –тому, кто добровольно распят ради любви, терять нечего, он ни от чего не зависит, он никому не раб.
Крест его становится – освобождением, его тяжкие перекладины – крыльями.

Конечно, у каждого из нас – своя мера.
Нам, христианам, эта свобода УЖЕ дана Христом , Его жертвой, смертью и воскресением, мы приняли ее через таинство крещения во Христе и продолжаем иметь, – но это, конечно, не значит, что надо ждать именно того, что вот рота солдат поведет нас, при стечении публики, на лобное место и там в прямом смысле приколотит гвоздями ко кресту…
Наша Богоданная свобода проявляется уже сейчас, прежде всего, в нашей ответственности за нашу жизнь, за то, что мы думаем, говорим, делаем или, наоборот, не делаем, за наш ежедневный быт, со взгляда на который мы и начали сегодня разговор.
Попросту – за наш хлеб насущный, за то, что мы под этим хлебом разумеем, и о чем в молитве «Отче наш» просим у Бога…

Мы просим – а Он отвечает: хотите хлеба насущного? – конечно, вот, даю его вам.
Но дар, который Я даю – не халява, а инструмент.
Хлеб насущный не падает с неба по щучьему велению Емеле в рот.
Добывайте его сами – а Я помогу, добывайте в поте лица, иначе – не поймете его смысла и цены, не вкусите его животворящей сыти.
Этот мир – вовсе не булочная, где на прилавке горой навалены бесплатные батоны и бублики.
И даже не пекарня. И не только мельница…
Мир и наша жизнь в нем – это дикое поле, которое надо прежде очистить от камней, выкорчевать пни, впрячься в плуг и распахать, проборонить и засеять, причем сделать все вовремя и по правилам, дождаться всходов, не спать ночей, охраняя их от града, заморозков и воронья, сжать колосья, просушить и промолотить, смолоть муку, вложить закваску и растопить печь…
Делайте.
Я даю вам все необходимые инструменты и Сам впрягаюсь работать с вами, говорит нам Бог.
Я помогу вам во всём – только помните: несвободному и безответственному человеку, который сам не хочет делать ничего, помочь невозможно.




Добавить комментарий:
Ваше имя *:

Ваш комментарий:



Введите число на картинке(защита от спама): 

Внимание! Тексты, содержащие ссылки сохранены не будут!


Святителю отче наш, Феодосие, моли Бога о нас!
Иерей Сергий Круглов. Это сладкое слово «свобода» | Храм святителя Феодосия Черниговского
© 2009-2019 Храм свт.Феодосия Черниговского
(03179 Киев, ул. Чернобыльская, 2. тел. +38 066-996-2243)

По благословению Блаженнейшего Владимира, Митрополита Киевского и Всея Украины.

Главный редактор - протоиерей Александр Билокур , Ответственный редактор - Елена Блайвас, Технический редактор - Александр Перехрестенко

Rambler's Top100
Посетителей на сайте: 7